В Таджикистане за закрытыми дверями продолжаются суды над несколькими журналистами - Далером Имомали, Абдусаттором Пирмухаммадзода, Завкибеком Саидамини, а ранее был осужден их коллега Абдулло Гурбати, который получил суровое наказание в виде 7,5 лет лишения свободы. Суды над журналистами проходят в закрытом режиме, на них не пускают даже близких родственников. Почему?
Почему суды над таджикскими журналистами проходят за закрытыми дверями, втайне от общественности, ведь в их делах нет никакой государственной тайны и информации, касающейся национальной безопасности Таджикистана. Какой месседж хотят донести власти до СМИ и других журналистов, сурово наказывая журналистов, в частности Абдулло Гурбати, требуя жесткого наказания для Далера Имомали и его коллег?
Ваш браузер не поддерживает HTML5
Гапи Озод: почему журналистов судят за закрытыми дверями?
Основные вопросы, затронутые в программе
Почему никого из представителей общественности и СМИ не пускают и не пускали на судебные процессы над журналистами Абдулло Гурбати, Далером Имомали, Абдусаттором Пирмухаммадзода, Завкибеком Саидамини, Мухаммад Султоном и Ульфатхоним Мамадшоевой? Ведь они не являются государственными чиновниками и не знают государственных тайн, которые могут быть раскрыты в суде.
На практике были случаи, когда, например, государственному чиновнику, признанному виновным в краже сотен тысяч долларов из государственной казны, выносили мягкое наказание в виде 2-3 лишения свободы, или вовсе обязали выплатить штраф и освобождали из зала суда. А журналиста Абдулло Гурбати приговорили к 7,5 годам лишения свободы за оказание сопротивления сотруднику милиции, в другом случае прокурор потребовал для Далера Имомали 10,5 лет заключения. Какое послание хочет донести прокуратура или в целом власти таким наказанием?
Если бы власти Таджикистана спросили вашего мнения о том, что делать с задержанными журналистами, что бы вы могли им сказать и порекомендовать?
Выдержки из программы:
Нуриддин Каршибоев: Действительно, на дело Далера Имомали наложен гриф секретности, но судебное разбирательство, проходящее за закрытыми дверями, является нарушением прав подсудимых. Это не только мое личное мнение, я несколько дней назад выслушал мнение бывшего судьи Ватана Абдурахманова, который со ссылкой на правовые нормы доказывал, что проведение этих слушаний в закрытом режиме незаконно.
Фарход Одинаев: Сам арест таких журналистов, как Улфатхоним Мамадшоева, Далери Имомали, Абдусаттор Пирмухаммадзода и Завкибек Саидамини, был незаконным, и для того чтобы это не стало понятным общественности и подробности дел не раскрывались, судьи проводят эти слушания за закрытыми дверями. Кроме того, разве Абдулло Гурбати, Далери Имомали, Пирмухаммадзода и Завкибек раскрыли какую-то государственную тайну или работали в каких-то силовых структурах, чтобы знали о каких-либо госсекретах?
Нуриддин Каршибоев: В настоящее время мы не можем сказать, что наши задержанные коллеги абсолютно не виновны. Для того, чтобы смело утверждать это, мы должны быть полностью знакомы с делом и иметь мнение специалистов, и тогда мы сможем сделать вывод, виновны они или нет. Я говорил об этом с представителями международных и отечественных организаций, чтобы по отношению к ним была соблюдена судебная справедливость. И самое главное, что вокруг дел журналистов именно потому ходит много слухов и разговоров, что суды и следствие по их делу закрыты.
Фарход Одинаев: Я совершенно не согласен со словами Нуриддина Каршибоева. Эти четверо журналистов на самом деле не виновны. Сотрудники МВД обычно показывают перед камерой людей, совершивших преступление, и говорят, что они нарушили закон и будут оштрафованы, и все эти дела открытые, но дело журналиста или политика, которые хоть на капельку виновны, находится за семью печатями, а суды над ними проходят за закрытыми дверями.