Какие ответные меры могут предпринять Европейский союз и его страны в условиях нарастающего кризиса на границе между Евросоюзом и Беларусью? Подача иска в международные суды? Введение санкций или просто попытка справиться с потоком мигрантов из стран третьего мира? Вот несколько ключевых вопросов и ответов.
Если все это организовано и срежиссировано авторитарным президентом Александром Лукашенко и его силами безопасности, являются ли они нарушителями международных законов и обязательств?
Если можно доказать, что действия Минска по факту являются торговлей людьми, то ответ — да. Беларусь является участником Конвенции Организации Объединенных Наций против транснациональной организованной преступности и, в частности, двух связанных друг с другом документов: Протоколом ООН о предотвращении и пресечении торговли людьми, особенно женщинами и детьми, и наказании за нее и Протоколом против незаконного ввоза мигрантов по суше, морю и воздуху. Совет Безопасности ООН также принял резолюции по борьбе с торговлей людьми. Достаточно упомянуть 2017 год, поэтому международно-правовая база для возможного изобличения режима Лукашенко существует.
— Если сообщения о том, что режим заманивает людей ложными обещаниями безопасного прохода в ЕС, являются правдой и все прямые и косвенные свидетельства указывают на это, тогда Беларусь как минимум нарушает международные положения по предотвращению торговли людьми, — говорит Бахти Нишанов, старший советник по политике Комиссии США по безопасности и сотрудничеству в Европе, также известной как Хельсинкская комиссия.
Но это еще не всё.
— Жестокое обращение белорусских пограничников с мигрантами равносильно жестокому обращению, а в некоторых случаях, возможно, пыткам, — заявляет Рэйчел Денбер, заместитель директора отдела Европы и Центральной Азии международной правозащитной организации Human Rights Watch в Нью-Йорке.
По утверждению Денбер, Минск нарушает взятые на себя обязательства по Конвенции ООН против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания.
— Если они заставляют мигрантов ехать в Польшу (или Литву), это равносильно коллективной высылке, которая также запрещена, — утверждает Денбер. — А ограничения свободы передвижения нарушают Всеобщую декларацию прав человека.
На этом спутниковом снимке границы между Польшей и Беларусью видна большая группа мигрантов, стремящихся попасть в Польшу. 10 ноября 2021 года.
Есть ли средства правовой защиты для Евросоюза или отдельных стран в составе ЕС? Могут ли они подать в суд на Беларусь?
Могут, но не станут — по крайней мере, не скоро, говорят несколько дипломатов ЕС, которые поговорили с журналистами Радио Свободная Европа / Радио Свобода на условиях анонимности. Прежде всего, любое обращение в суд займет определенное время, а ЕС и его государства-члены хотят быстрых действий. Во-вторых, правоприменение непросто осуществить: многие страны в прошлом игнорировали различные международные постановления, и многие ожидают, что в данном случае Минск поступит точно таким же образом. Далее нужно решить, в какой суд обращаться. Беларусь не является участником Международного уголовного суда (МУС) или Европейского суда по правам человека (ЕСПЧ). Международный Суд, как правило, рассматривает споры между двумя государствами, которые на добровольной основе выдвигают свои доводы в конфликтной ситуации, и на то, чтобы заставить одно государство так поступить, может потребоваться несколько лет.
Какие еще варианты есть у ЕС? Могут ли быть применены санкции?
Да, и блок в настоящее время работает над пакетом санкций, который может быть одобрен 15 ноября в ходе встречи министров иностранных дел ЕС в Брюсселе. Вскоре после этого санкции вступят в силу. Ранее Евросоюз согласился расширить критерии применения санкций в отношении Беларуси, включив в них «физические или юридические лица, организации или органы, ответственные за организацию или содействие деятельности режима Лукашенко, способствующие: а) незаконному пересечению внешних границ государства-члена; б) контрабанде незаконных или опасных товаров на территорию государства-члена».
По словам нескольких дипломатов, осведомленных о дискуссиях по поводу санкций, ЕС — с учетом расширения сферы их применения — рассматривает введение замораживания активов и запрет на выдачу виз примерно 40 лицам и организациям, которые Брюссель считает причастными к нагнетанию давления на границе ЕС.
Дипломаты говорят, что в список будут включены официальные лица и транспортные компании Беларуси, которые доставляют людей к границе, а также государственная авиакомпания «Белавиа» — включая запрет на аренду самолетов для компании. Также в список было решено включить все государственные банки, которые еще не подпали под санкции. Летом в черный список уже попали «Беларусбанк», «Белинвестбанк и «Белагропромбанк».
Окажут ли эти санкции желаемый эффект?
По мнению экспертов, это сомнительно. Они не соответствуют тем радикальным мерам, к которым многие призывали. А с осени 2020 года Европейский Союз уже ввел четыре раунда санкций, которые в совокупности касаются 166 человек, включая Лукашенко, ближайших членов его семьи, его окружения, а также 15 организаций. Также были затронуты некоторые отрасли нефтяного, калийного, банковского и табачного секторов страны. Тем не менее, эти шаги, похоже, не смутили минский режим.
Хотя вводимые сейчас санкции могут не оправдывать ожидания, все же им в ближайшие дни может быть добавлена в каком-то смысле острота. Например, до сих пор ведутся споры о том, следует ли включать в список белорусские аэропорты и наземное обслуживание, а также звучат призывы о преследовании авиакомпаний третьих стран.
В то же время Брюссель, похоже, действует с осторожностью. Учитывая шанс, что санкции будут оспорены в Европейском суде, необходимо предоставить точные доказательства того, что люди и компании на самом деле причастны к тому, в чем их обвиняют. Это также одна из причин, по которой Россия пока что не привлечена к ответственности, поскольку прямая связь между Москвой и миграционным кризисом не подтверждена документально. Между тем прибыльная торговля, которая ведется через Беларусь, может привести к настороженности относительно попыток ввести более жесткие ограничения.
Мигрантка с детьми сидит у палатки в Гродненской области, неподалеку от границы с Польшей, Беларусь, 10 ноября 2021 года.
Что еще может предпринять ЕС?
Прифронтовые государства уже строят стены и заборы и очень хотели бы, чтобы Евросоюз покрыл эти расходы, но блок в течение долгого времени категорически отказывался это делать, отчасти из-за воспоминаний о Берлинской стене и обеспокоенности производимым на общественность впечатлением и практическими последствиями пограничных заграждений. Всё внимание будет приковано к Европейской комиссии, поскольку она планирует обновить свой Шенгенский пограничный кодекс в начале декабря, четко изложив, какие действия государство-член может предпринять в случае гибридной атаки, такой как искусственно созданный приток нелегальных мигрантов. И хотя заборы и стены не могут быть конкретно прописаны как способы защиты внешней границы ЕС, «физические барьеры» как мера защиты вполне могут быть.
Какие рычаги влияния есть у Европейского Союза на третьи страны, доставляющие мигрантов в Минск?
Зависит от обстоятельств. Еврокомиссия заявила, что теперь ее главным приоритетом будет попытка перекрыть пути для Беларуси. Вице-президент комиссии по вопросам миграции и убежища Маргаритис Схинас в ближайшие дни посетит несколько стран, из которых прибыли мигранты. Что касается Ирака, Брюсселю удалось значительно сократить количество прямых рейсов между Багдадом и Минском в результате политического давления и угроз сократить денежные поступления на развитие. По словам официальных лиц Евросоюза, подобная тактика может сработать с Ливаном, Иорданией и Сирией, но они ожидают, что убедить Турцию и Объединенные Арабские Эмираты будет сложнее. У Анкары есть соглашение с Брюсселем об мигрантах, не позволяющее миллионам беженцев пересекать Эгейское море, и Турция может попытаться добиться дополнительных финансовых стимулов в обмен на помощь в этой области.
По данным комиссии, большинство людей на границах Литвы и Польши — иракцы. Несмотря на сотрудничество правительства Багдада с ЕС по этому вопросу, Ирак отказывается принимать репатриантов, за исключением их добровольного возвращения — вопрос, который, по словам представителей Евросоюза, необходимо решать, поскольку все больше и больше людей застревают на нейтральной территории.
Забор, построенный польскими военными на границе между Польшей и Беларусью.
А как насчет таких организаций, как Агентство ООН по делам беженцев (УВКБ ООН), Международная организация по миграции (МОМ) и «Красный Крест»? Они что-нибудь делают? Могут ли они вмешаться, чтобы избежать гуманитарной катастрофы?
Лишь несколько организаций допущены в приграничный регион, но польские власти работают с «Красным Крестом» и христианской организацией помощи «Каритас». Представители УВКБ ООН и МОМ связывались с Минском и Варшавой, призывая их обеспечить беспрепятственный доступ к мигрантам, предоставить гуманитарную помощь и, в частности, призвать тех, кто хочет подать заявление о предоставлении убежища, сделать это там, где они находятся. Для польского правительства это может быть чрезмерным, так как оно не желает создавать впечатление, что это рабочий путь к убежищу, из-за опасений еще большего наплыва. Польша также до сих пор, в отличие от Литвы, игнорировала призывы Брюсселя позволить пограничному агентству ЕС, Frontex, присутствовать, утверждая, что национальная пограничная служба при поддержке армии может справиться с ситуацией. Но если зимой гуманитарная ситуация ухудшится, можно ожидать новых призывов к вмешательству различных международных организаций по обе стороны границы.
Перевела с английского Алиса Вальсамаки.