Ссылки для входа

Срочные новости

В Душанбе умер Джурабек Назри, известный таджикский ученый и певец. ВИДЕО


Джурабек Назри

Джурабек Назри (Назриев), известный таджикский ученый и певец, скончался 24 мая в возрасте 74 лет. Вместе с несколькими членами семьи несколько дней назад он был госпитализирован в столичную клинику «Истиклол».

Джурабек Назри окончил Таджикский национальный университет, защитил кандидатскую диссертацию о месте и роли Шерази в таджикско-персидской литературе. Несколько лет возглавлял Институт письменного и восточного наследия АН Таджикистана. Какое-то время работал переводчиком в Афганистане. Был одним из близких друзей Ахмада Зохира, известного афганского исполнителя. Помимо своей научно-исследовательской работы, Джурабек Назри был одним из известных певцов в республике.

Заупокойная молитва (джаноза) и похороны Джурабека Назри состоятся сегодня в 16:00 на кладбище в Лучобе.

Из архива Радио Озоди. Видео с 70-летия Джурабека Назри, декабрь 2016 года:

Джурабеку Назри исполнилось 70 лет
Пожалуйста, подождите

No media source currently available

0:00 0:03:33 0:00

А также представляем вашему вниманию часть интервью с Джурабеком Назри от 2011 года:

Озоди: Вы много лет возглавляли Институт востоковедения и письменного наследия при АН РТ. Бытовало мнение, что из этого великого фонда рукописей пропадали важные и ценные бумаги. Что вы скажете на это?

Назриев: До меня тоже доходили такие слухи. К сожалению, среди нас работала группа людей, которые не хотели работать в спокойной и творческой атмосфере, были против его развития. Эти люди стали распространять много ложных слухов.

Кроме лжи, мы были свидетелями местничества среди научных сотрудников нашего института. Мы организовали ревизию, в которую вошли и представители некоторых силовых структур. Председателем ревизионной комиссии был назначен заместитель директора института Амрияздон Алимардон.

После тщательной проверки выяснилось, что все документы и рукописи были на месте, ничего не пропало. В обратном случае, они хотели обвинить меня. А самое главное, это то, что они лично убедились в том, что я сам внес вклад в пополнение фонда рукописей.
Вы думаете, с чего это я так твердо и решительно говорю об этом? Потому что никогда не воровал и не предавал свой народ!

Озоди: Мы знаем, что много сотрудников вашего института сделали успешную дипломатическую карьеру. А вы не хотели пойти по этому пути?

Назриев: Наверное, мой недостаток в том, что я всегда говорил правду, не льстил тем, что сидит выше и не делаю этого сейчас. Конечно, много воды утекло с тех пор, но я горжусь тем, что ушел со своей должности по-хорошему, вернее, «меня ушли». Меня просто отодвинули и привели человека «сверху».

Опять инициировали проверку рукописей. Оказывается, незадолго до смерти Амрияздон Алимардон еще раз призвал их не поддаваться провокациям, заявив, что Джурабек не посягал ни на одну рукопись.

Озоди: Мы знаем, что еще в годы СССР вы работали в Афганистане, но вас каким-то образом принудили вернуться и отойти от дипломатической деятельности.

Назриев: Да, и здесь, кажется, я пострадал из-за своей прямоты. Я работал в качестве переводчика в Афганистане и тесно подружился с Ахмадом Зохиром, самым популярным исполнителем того времени. Мы проводили много времени вместе, так как для них было тоже удивительно, что приехавший из советского Таджикистана молодой человек не хуже них знает литературу, разбирается в стихах…

Так мы и подружились. Надо сказать, тогда среди афганцев бытовало мнение, что, мол, сотрудники посольств, выходцы из Средней Азии и Кавказа больше занимаются переводческой деятельностью, но другие сотрудники, скажем европейских национальностей, приезжают в качестве специалистов. Ранг специалистов, конечно, считался выше. И я по простоте душевной передавал подобные размышления афганцев руководству и спрашивал их, нельзя ли исправить ситуацию?

Кроме того, как я и говорил, мы сильно подружились с Ахмадом Зохиром, сочиняли и исполняли с ним песни, говорили о поэзии, но некоторые злые языки стали распускать про нас слухи о том, что, мол, мы встречались с девушками и все такое… Я еще раз повторюсь, все это было неправдой, так как на тот момент афганцы имели ограниченное представление о нашей культуре, при этих встречах мы не только исполняли песни и сочиняли музыку, но я им еще рассказывал про современный Таджикистан.

Озоди: Говорят, что вам дали 24 часа срока, чтоб вы покинули Афганистан. Это правда?

Назриев: Нет, такого не было. Меня за 15 дней предупредили, что я могу выйти в отпуск. Я подготовился к отъезду, прикупил подарков и вместе с семьей мы вернулись домой. А когда затем я поехал в Москву, мне сообщили, что мой контракт расторгнут. Они выставили мне три претензии, где говорилось, что я не владею языком дари, политически неграмотен и встречался с людьми сомнительной репутации. Когда я спросил, кого вы имеете в виду, мне сказали: Ахмад Зохир. Затем созвали людей, решили, что первые два обвинения безосновательны, но что касается третьего пункта, то меня обвинили в грязных вещах. Я обиделся, а когда предложили вернуться в Афганистан, я отказался сам.

Озоди: Чем вы занимаетесь сейчас, что вы можете рассказать про свою семью?

Назриев: Я сейчас являюсь старшим научным сотрудником Института языка и литературы, создал независимый культурный центр «Наследие». Часто встречаюсь со своими друзьями, учениками, мы поем вместе, сочиняем музыку... То есть я не отдалялся от научной деятельности. А семья у меня хорошая – четверо детей и восемь внуков.

Озоди: Вы не занимаетесь бизнесом? Ходят слухи, что вы выкупили часть курорта Шаамбары».

Назриев: Я сам не занимаюсь этими делами, а «Шаамбары» принадлежит сыну моего брата. Мои дети занимаются бизнесом. Один из них представитель «Тоджиксодиротбанка». Я не нуждаюсь в деньгах.

Смотреть комментарии (22)

Форум закрыт, но Вы можете продолжить обсуждение на Facebook-странице Радио Свобода
 
XS
SM
MD
LG